ПОВСЕДНЕВНАЯ КУЛЬТУРА ДРЕВНЕЙ РУСИ

Автор(ы) статьи: Козина О.
Раздел: ИСТОРИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРОЛОГИЯ
Ключевые слова:

древняя Русь, культура, повседневная культура, структура повседневности

Аннотация:

В статье рассматриваются особенности повседневной культуры Древней Руси

Текст статьи:

Древнерусское государство – государство   9 — начала 12 вв. в Восточной Европе, возникшее в последней четверти 9 в. в результате объединения под властью князей династии Рюриковичей двух главных центров восточных славян — Новгорода и Киева, а также земель (поселения в районе Старой Ладоги, Гнездова), расположенных вдоль пути «из варяг в греки». В период своего расцвета Древнерусское государство охватывало территорию от Таманского полуострова на юге, Днестра и верховьев Вислы на западе, до верховьев Северной Двины на севере. Образованию государства предшествовал длительный период (с 6 в.) созревания его предпосылок в недрах военной демократии. За время существования Древнерусского государства восточнославянские племена сложились в древнерусскую народность.

Власть на Руси принадлежала киевскому князю, который был окружен дружиной, зависящей от него и кормившейся в основном за счет его походов. Некоторую роль играло и вече. Управление государством осуществлялось при помощи тысяцких и сотских, т. е. по признаку военной организации. Доходы князя имели различные источники. В 10 — начале 11 вв. это в основном «полюдье», «уроки» (дань), получаемые ежегодно с мест.

В 11 — начале 12 вв. в связи с появлением крупного землевладения с различными видами ренты функции князя расширились. Владея собственным крупным доменом, князь вынужден был вести сложное хозяйство, назначать посадников, волостелей, тиунов, руководить многочисленной администрацией.

Возникли дворцовые чины, заведовавшие отдельными отраслями управления. Во главе городов стоял городской патрициат, образовавшийся в 11 в. из крупных местных землевладельцев — «старцев» и дружинников. Большим влиянием в городе пользовалось купечество. Необходимость охраны товара при перевозках обусловила появление вооруженной купеческой стражи, среди городского ополчения купцы занимали первое место. Самую многочисленную часть городского населения составляли ремесленники как свободные, так и зависимые. Особое место занимало духовенство, делившееся на черное (монашествующее) и белое (мирское).

Сельское население состояло из свободных крестьян-общинников (число их уменьшалось), и уже закрепощенных крестьян. Существовала группа крестьян, оторванных от общины, лишенных средств производства и являвшихся рабочей силой внутри вотчины.

В эпоху образования Древнерусского государства пашенное земледелие с упряжными почвообрабатывающими орудиями постепенно повсеместно (на севере несколько позднее) сменило мотыжную обработку почвы. Появилась трехпольная система земледелия; выращивались пшеница, овес, просо, рожь, ячмень. Летописи упоминают хлеб яровой и озимый. Население занималось также скотоводством, охотой, рыболовством и бортничеством. Деревенское ремесло имело второстепенное значение. Ранее всего выделилось железоделательное производство, базирующееся на местной болотной руде. Металл получали сыродутным способом. Письменные источники дают несколько терминов для обозначения деревенского поселения: «погост» («мир»), «свобода» («слобода»), «село», «деревня».

Основной тенденцией развития общественного строя Древней Руси было становление феодальной собственности на землю, с постепенным закрепощением свободных общинников. Результатом закабаления деревни явилось ее включение в систему феодального хозяйства, основанного на отработочной и продуктовой ренте. Наряду с этим существовали и элементы рабовладения (холопство).

В 6-7 вв. в лесной полосе места поселений рода или небольшой семьи (городища) исчезают, и на смену им появляются неукрепленные деревенские селища и укрепленные усадьбы знати. Начинает складываться вотчинное хозяйство. Центр вотчины — «княждвор», в котором временами жил князь, где, кроме его хором, находились дома его слуг — бояр-дружинников, жилища смердов, холопов. Вотчиной управлял боярин — огнищанин, распоряжавшийся княжескими тиунами. Представители вотчинной администрации имели как экономические, так и политические функции. В вотчинном хозяйстве развивалось ремесло. С усложнением вотчинной системы усадебная замкнутость несвободных ремесленников начинает исчезать, возникают связь с рынком и конкуренция с городским ремеслом.

Развитие ремесла и торговли обусловило появление городов. Наиболее древние из них — Киев, Чернигов, Переяславль, Смоленск, Ростов, Ладога, Псков, Полоцк. Центром города был торг, где реализовалась ремесленная продукция. В городе развивались различные виды ремесел: кузнечное, оружейное, ювелирное (ковка и чеканка, тиснение и штамповка серебра и золота, филигрань, зернь), гончарное, кожевенное, портняжное.

Культура повседневности Древней Руси.

Образ жизни. Славяне издревле отличались почтительным отношением к старшим. Глава семейства был и отец его, и начальник; и все прочие: жена, дети, родственники и слуги повиновались ему беспрекословно. Русские были кроткие и тихие, их стыдливость упрощала брачную жизнь, спокойствие и целомудрие господствовали в семьях.

Наши предки отличались умеренностью, довольствуясь тем, что производила природа; наслаждались долголетием, были крепкие и весёлые, любили пляски, музыку, хороводы и песни. Неутомимые в трудах и привязанные к земледельчеству, они вознаграждались обильной жатвой, мясом, молоком и шкурами, которые служили покровом от непогоды. Доброта сердца, проявляемая повсеместно хлебосольством и гостеприимством, была отличительной чертой наших предков.

Существовал обычай, чтобы проезжего или прохожего пригласить к себе в дом, накормить и приветить его. Хозяева встречают гостя с радостью, подают на стол всё, что имеют, и не берут никакой с него платы, думая, что брать с прохожего деньги за хлеб-соль – великий грех.

Русские не любили придираться к словам, в обхождении были весьма просты и всякому говорили «ты».

Издавна на Руси вставали до восхода солнца, молились тотчас Богу, спрашивая его святой помощи на добрые дела; не помолясь ничего не предпринимали. Отправлялись ли в дорогу, строили ли дом, засевали ли поле – прежде всего шли в церковь помолиться. Перед опасными же предприятиями, исповедовались и причащались. Вера укрепляла народ во время величайших невзгод. Перед выступлением в поход никакой полк не двинется вперёд, не отслужив молебна, и не будучи окроплён священной водой.

Садился ли кто за стол или вставал из-за него, осенял своё чело крестным знамением.

Праздники справляли с благоговейными обрядами. Во время празднеств, все забывали вражду и составляли единое общество.

Всякий человек, встретившийся со знакомым или проходивший мимо незнакомого, но чем-нибудь отличаемого, приветствовал его снятием шапки и наклонением головы. Посторонний человек, вошедший в избу или в пышные палаты, обращал первым делом взгляд на икону и молился; потом кланялся и здоровался.

Дворяне и богатые люди были спесивы к бедным, но между собой гостеприимны и вежливы. Гостя встречали с объятиями и просили садиться, но гость, войдя в комнату, искал глазами иконы, подходил к ним, крестился и клал сначала три земных поклона, потом обращался к хозяевам с приветствием. Подав друг другу руку, они целовались, кланялись по несколько раз, и чем ниже, тем считалось почтительнее; затем садились и беседовали. Гость садился лицом к образам. Тут его потчевали мёдом, пивом, вишнёвкой. По окончании разговора, гость, взяв шапку подходил к образам, крестился, делал те же поклоны и прощался с хозяином, желая ему здоровья. Хозяин отвечал ему взаимным пожеланием и провожал его без шапки до крыльца; любимого гостя провожали до самых ворот, а почётного – ещё далее, за несколько шагов от ворот.

Одежда, костюм (обычный, праздничный). Находки из слоёв древнерусских городов, гробниц и сельских погребений, рассказывают о всём многообразии тканей местного производства, из которых шили одежду. Это и шерстяные ткани, сотканные преимущественно из овечьей шерсти и ткани из растительных волокон разной структуры (льна, конопли). Среди шерстяных и полушерстяных тканей встречаются ткани клетчатые и полосатые. Известны так же ткани узорные. Обычными для X – XII века являются узорные и безузорны ленты, тесьмы, шнурки и бахрома из шерстяной пряжи. Широкое распространение имело сукно и предметы из войлока. Некоторые из тканей были сотканы из шерсти естественного коричневого, чёрного, серого цвета. Применяли и минеральные красители – охру, красный железняк и др.

Основными видами одежды были рубаха и порты, причем у знати это была нижняя одежда, у народа — основная. Чем богаче человек, тем многослойнее был его костюм. Можно сказать, что рубаха — это древнейшая из одежд, ибо ее название восходит к древнему слову «руб» , т.е. «самый грубый». Длина рубахи, материал, из которого она сшита, характер орнаментов определялись социальной принадлежностью и возрастом. Длинные рубахи носили знатные и пожилые люди, более короткие- другие сословия, так как в отличие от размеренной и неторопливой жизни князей и бояр будни трудового народа бели наполнены тяжелой работой и одежда не должна была сковывать движений. Рубаху носили на выпуск и обязательно с поясом (если человек не надел пояс, то говорили, что он распоясался). Полотна ткались узкие (30-40 см), и поэтому рубахи шились с цельнокроенными рукавами или прямоугольной проймой. Для удобства движений вставлялись ластовицы, для прочности ставились на подкладку из другой ткани-подоплеку (вот что значит «знать подоплеку дела»). Праздничные рубахи знати шились из дорогих тонких полотен или шелков ярких цветов и украшались вышивками. Не смотря на условность узора орнамента, многие его элементы имели символический характер, они как бы охраняли человека от другого сглаза и напастей. Украшения были «навесными»- съемными: богато расшитыми золотом, драгоценными камнями и жемчугами воротники- ожерелья и зарукавья — манжеты.

Порты, суженные у щиколотки, шились из холстины, знатные мужи сверху надевали еще одни — шелковые или суконные. Они стягивались на поясе шнурком — чашником (отсюда и выражение » держать что-то в загашнике»). Порты заправлялись в сапоги из цветной кожи, часто расшитые узорами или обертывались онучами (куски полотна 2.5 метров), и на них надевались лапти, в ушки которых продергивались завязки — оборы, ими и обвивались онучи. В нашем представлении все лапти одинаковы. Но это не так. Лапти были толстые и тонкие. Темные и светлые, простые и сплетенные узорами, были и нарядные — из подкрашенного разноцветного лыка.

Верхней одеждой были свита, кафтан и шуба. Вита надевалась черезх голову. Она была сшита из сукна, с узкими длинными рукавами, обязательно закрывались колени, и подпоясывалась широким поясом. Кафтаны были самого различного вида и назначения: повседневные, для верховой езды, праздничные — сшитые из дорогих тканей, замысловато украшенные. Обязательной частью мужского костюма был головной убор, летом — кожаный ремешок, а зимой — самые разнообразные шапки — кожаные, войлочные, меховые. Порты, суженные у щиколотки, шились из холстины, знатные мужи сверху надевали еще одни — шелковые или суконные. Они стягивались на поясе шнурком — чашником (отсюда и выражение » держать что-то в загашнике»). Порты заправлялись в сапоги из цветной кожи, часто расшитые узорами или обертывались онучами (куски полотна 2.5 метров), и на них надевались лапти, в ушки которых продергивались завязки — оборы, ими и обвивались онучи. В нашем представлении все лапти одинаковы. Но это не так. Лапти были толстые и тонкие. Темные и светлые, простые и сплетенные узорами, были и нарядные — из подкрашенного разноцветного лыка.

На Руси женщины обязательно закрывали голову повойником, сорвать головной убор считалось страшнейшим оскорблением (опростоволоситься — значит опозориться). Девушки заплетали волосы в косу или носили их распущенными, подхваченными лентой, тесьмой или обручем из кожи, бересты, обтянутым разноцветной тканью.

Праздничный костюм шился для воскресных дней и престольных праздников, будничный — для работы дома, в поле и в лесу; обрядовые делились на предсвадебные, свадебные и погребальные — «горемычные». Кроме того, различалась одежда и по возрастному признаку и по семейному положению: девичья и для молодой женщины (до рождения первенца), для женщины зрелого возраста и старушечья. Нарядно одевались и в трудовые праздники: день первой борозды, день выгона скота, день начала сенокоса и жнивья.

Одна из наиболее характерных черт русской народной одежды — многослойность, которая придавала женской фигуре скульптурную монументальность.

Яркие, нарядные вышивки в старину играли роль оберега, поэтому были четко определены места их расположения: «ошивки» ворота и запястья, плечо и низ рубахи, поле рукавов. Интенсивно расшитые, эти места как бы защищали человека от злых сил. Для вышивки использовали лен, коноплю, шерсть, окрашенные отварами трав и кореньев, кроме того, разноцветные шелка, золотые и серебряные нити. Старинные швы: роспись, набор, гладь, полу крест определяли характер узора вышивки и связь ее со структурой ткани. В орнаментах отражались явления, тесно связанные с жизнью крестьян: смена времен года, обильный урожай, цветущие деревья и растения, фигуры женщины — прародительницы всего живого, кони, птицы, небесные светила — солнце и звезды. Древние простые узоры из поколения в поколение под руками искусных мастериц обогащались новыми техническими приемами, а вместе с тем и передавали круг узоров, применяемых только в данной местности Для украшения рубах использовались и кусочки различных тканей, особенно кумачовые, которые тоже заполнялись вышивкой, как и основная ткань. Этот старинный способ украшения одежды применялся еще в боярском костюме, когда кусочки драгоценных заморских тканей, оставшиеся от раскроя больших одежд, или уже сношенных, нашивались как украшение на вновь сшитое платье. Кроме тканых, вышитых узоров, инкрустации тканями, использовались разноцветные «травчатые» ленты, вьюнки, кружева, блестки, золотые и серебряные галуны и позументы. Все это декоративное богатство руками талантливых вышивальщиц превращалось в драгоценное произведение искусства.

Украшались даже «горемычные» рубахи, причем и здесь соблюдались каноны в использовании узоров и цвета. Так при трауре по родителям носили белые рубахи с белой вышивкой, а по детям — с черной, исполненной крестиком и набором. Без всяких «украс» были рубахи только у женщин-вдов, которые они надевали при совершении обряда «опахивания». Женщин-вдов собирали со всей деревни, и они босиком, простоволосые, одетые только в холщовые рубахи, должны были сохой опахать землю вокруг деревни для предотвращения ее от холеры и падежа скота.

Рубаха использовалась во всех случаях в жизни русской женщины и, выдержав испытание временем, пройдя через века, свободно вошла в наш гардероб в виде разнообразных цельнокроеных платьев и блузонов.

Но в старинном костюме рубаха редко носилась отдельно, чаще всего в северных и центральных районах России сверху надевался сарафан, а в южных — понева. Понева — это вид юбки, состоящей из трех полотнищ шерстяной или полушерстяной ткани, стянутых на талии плетеным узким пояском — гашником: ее носили только замужние женщины. Понева была круглая, то есть сшитая, или распашная, состоящая из отдельных полотен. В основном поневы были темно-синего, темно-красного, реже — черного цвета. Темное ее поле разделялось клетками, причем их цвет и размер зависели от традиций той губернии, села или деревни, в которых ткались поневы. Поневы, так же как и рубахи, делились на праздничные и повседневные. Будничные отделывались по низу узкой домотканой полоской тесьмы или полосками кумача. В праздничных же поневах большое внимание уделялось «клаже» — так называлась нашивка по подолу, в которой максимально использовалось все богатство отделки: многоцветная вышивка, позумент, мишурное кружево из золоченых и серебряных ниток, травчатые ленты, вьюнки, блестки, стеклярус и бисер. У круглых понев швы служили не только для соединения отдельных частей, но и как дополнительная отделка. Пояс — «покромка» ткался на станке из разноцветных шерстяных ниток, концы его распушивались и среди нитей вплетались нитки бисера.

Поверх рубахи и поневы надевали передник — «занавеску», завязывавшуюся сзади тесемками – «мутозками», Интенсивность цвета и декоративность орнамента постепенно усиливаются сверху вниз, она создавалась за счет вставок из яркого ситца, полос узорного ткачества и вышивки, лент, кружев, бахромы и блесток.

Завершал ансамбль шушпан из шерстяной, полушерстяной или холщовой ткани с очень деликатным украшением: в основном соединительные швы и окантовка вышивкой красным узором. Дополнялся костюм сложным головным убором.Для всей территории России характерны две резко различающихся категории головных уборов. Девичьи, оставляющие открытыми волосы и теменную часть головы, имели форму венка-обруча или повязки. Женские головные уборы были разнообразны, но все они полностью скрывали волосы, которые по народному поверью обладали колдовской силой и могли навлечь несчастья.

Основу всех разновидностей южнорусских головных уборов типа «Сороки» составляла сшитая из простёганного холста, уплотнённая пенькой или берестой твёрдая налобная часть, надеваемая непосредственно на волосы. В зависимости от формы, плоской или имитирующей отходящие назад рога, она именовалась кичкой или рогатой кичкой. Именно эта деталь придавала всей его конструкции ту или иную форму, получавшую своё завершение при помощи верхней части — своего рода чехла из кумача, ситца или бархата — Сороки; затылок покрывала прямоугольная полоса ткани — позатылень. Вокруг названных трёх элементов создавался сложный по составу и многослойный головной убор. Иногда он включал в себя до двенадцати частей, а его вес достигал до пяти килограммов.

Многочисленные пуговицы, металлические ажурные и с рисунком, стеклянные и простые использовались не только для застёжки, но и включались в декоративный ряд украшений.

Необходимой частью костюма были и цветные широкие пояса. Девушки к поясу привешивали сшитые из различных лоскутков нарядные сумочки «для гостинцев».

Ноги обертывали онучами из белого «свейского» сукна или холста и надевали лапти, плетенные из вязового или липового лыка, или чулки белой шерсти, «вязаные в одну спицу и кожаные башмаки — коты, которые для украшения фигурно пробивались медной проволокой спереди и сзади.Не последнее место в костюме занимали различные украшения. В большом количестве надевались на шею ожерелья из жемчуга, граната и гайтаны — низанные из бисера, янтарные бусы, приносившие, согласно поверью, здоровье и счастье, ожерелья из цепей. Большой любовью пользовались крупные серьги «голубцы» и более мелкие, изящные. Своеобразным украшением были и нежные, легко подвижные «пушки» — шарики, сплетенные из гусиного пуха, которые носились вместе с серьгами.

Несмотря на живописное многоцветие, цельность всего ансамбля достигалась, главным образом, найденностью цветовых сочетаний и соотношений.

Цвет, орнамент, символика приобретали особый смысл в обрядовых и свадебных костюмах.

Семейная иерархия. Семейно-брачные  отношения  до  Крещения   Руси регулировались нормами обычая, и государство вообще  не  вмешивалось  в  эту область. Заключение  брака  осуществлялось  путем  похищения невесты женихом («умычка»). В Повести Временных лет  этот  языческий  способ заключения брака  приписывается  древлянам,  радимичам  и  некоторым  другим племенам. Молодежь из разных сел собиралась на берегах рек и озер на  игрища с песнями и плясками, и там женихи «умыкали» невест. Автор летописи — монах  —  негативно,  конечно,  относился  ко  всяким языческим обычаям, но даже он не стал утаивать, что «умычка» совершалась  по предварительной договоренности жениха и невесты, так что  слово  «похищение» здесь, в общем-то, не подходит. Глава семейства, муж, был холопом по отношению к государю, но государем в собственном доме. Все домочадцы, не говоря уже о слугах и холопах в прямом смысле слова, находились в его полном подчинении.

В обязанности супруга и отца входило «поучение» домашних, состоявшее в систематических побоях, которым должны были подвергаться дети и жена. Большим уважением в обществе пользовались вдовы. Кроме того, они становились полноправными хозяйками в доме. Фактически, с момента смерти супруга к ним переходила роль главы семейства.

Крещение, принесло на Русь многие нормы византийского права, в  том числе касающиеся семейно-брачных отношений. Семья находилась под покровительством православной церкви, вот почему семейно-брачные отношения регулировались в  основном  нормами  церковного права.  Брачный возраст устанавливался по византийским законам в 14—15 лет для мужчин и в 12—13 лет для женщин.

Христианство запретило практиковавшееся на Руси   многоженство. Состояние в браке становится препятствием к вступлению в новый  брак.  Устав князя Ярослава грозил церковным домом  (заточением  в  монастырь) юной жене,  из-за  которой  мог  пошатнуться  предшествующий  брак  мужчины. Последнему предписывалось жить со старой.

Препятствием к вступлению в брак являлись родство и свойство. Стремясь укрепить брачные  узы,  церковные  уставы  запрещали  скрытые формы  нарушения  брачного  законодательства:  супружескую  измену,  половые сношения между родственниками и свойственниками. Церковь рассматривала брак не только  как  плотский  союз,  но  и  как духовный, поэтому браки  допускались  лишь  между  христианами.  Совершение брака после Крещения Руси должно было происходить  в форме церковного венчания. Практика же знала и сохранение прежних, языческих  форм заключения брака, что осуждалось законом. При совместной добрачной жизни неженатого мужчины и незамужней женщины на мужчину возлагалась обязанность  выплаты  выкупа и женитьбы на девице.

Перечень поводов к расторжению брака почти целиком был заимствован  из византийских  законов,  в  частности  из  Прохирона,  но  с  учетом  русских традиций. Итак, брак растрогался, когда:
1)  обнаруживалось,  что  жена  слышала  от  других  людей   о   готовящемся злоумышлении на власть и жизнь князя, а от мужа своего утаила;
2)  муж  заставал  жену  с  прелюбодеем  или  это  доказывалось  показаниями послухов;
3) жена вынашивала замысел отравить мужа  зельем  или  знала  о  готовящемся другими людьми убийстве мужа, а ему не сказала;
4) жена без разрешения мужа посещала  пиры  с  чужими  людьми  и  оставалась ночевать без мужа;
5) жена посещала днем или ночью (не  имело  значения)  игрища,  несмотря  на запрещения мужа;
6) жена давала наводку  вору  похитить  имущество  мужа  или  сама  что-либо похищала или совершала кражу из церкви.

Личные и  имущественные  отношения  между  родителями  и  детьми  строились  на  основе  традиционных  правил,   с   изменениями,   внесенными каноническими нормами. Власть  отца  была  непререкаемой,  ему  принадлежало право решать внутрисемейные споры, наказывать детей.  Достаточно мягко относится закон к внебрачным детям. Церковный Устав Ярослава, конечно, наказывает девушку, которая, живя в доме отца  и  матери, рожала добрачного ребенка. Наказывает Устав  и  жену,  родившую внебрачного ребенка. Однако  осуждается  и оставление незамужней девушкой младенца или избавление от плода. Основная мысль законодателя ясна: дети должны рождаться  в браке, но если уж незамужняя зачала,  то  должна  дать  жизнь  младенцу.

Воспитание детей. Дохристианская эпоха характеризуется разнообразными воспитательными формами. В VI веке у древних славянских племен стали зарождаться элементы наставнической деятельности. При матриархате дети обоих полов воспитывались в доме матери, затем мальчики переходили в дом мужчин, где обучались практическим умениям. Воспитание детей поручалось наставникам, которые обучали житейской мудрости в «домах молодежи». Позже воспитанием и обучением детей занимались ближайшие родственники (дядьки). При отсутствии таковых, эти функции выполняли ближайшие соседи («кумовство»). Таким образом, в VI — VII вв. у восточных славян приоритет был у внесемейного воспитания. С VIII века родители перестали отдавать своих детей чужим людям. С этого времени можно говорить о появлении воспитательной функции в семье. Основными приемами народного воспитания были потешки, частушки, загадки, сказки, былины, колыбельные песни. В них раскрывались лучшие черты славянского народного характера: уважение к старшим, доброта, сила духа, смелость, трудолюбие, взаимопомощь. Они отражали богатую и самобытную историю славянского народа, укрепляя и сопровождая ее с первых лет жизни. В исследованиях С.Д. Бабишина, Б.А. Рыбакова показан достаточно высокий общий культурный уровень, самобытный национальный характер воспитания в дохристианской Руси. Сделан вывод о том, что ни педагогическая мысль, ни система образования в Древней Руси не были византийской копией, а «общая культура русского народа была в высшей степени педагогична».

Христианская эпоха в народной педагогике началась с освещения Крещением Руси святым равноапостольным князем Владимиром. 

Воспитание детей княжьего рода имело свои особенности. Дети княжеского рода передавались на воспитание в другую семью. Эта форма воспитания получила название «кормильство». Кормильство — социально-педагогическое явление на Руси X-XII вв. — характеризовалось как наставничество и ответственность за нравственное, духовное и физическое воспитание молодых княжичей. Первые знания они получали при дворе — в школе «книжного учения», где обучались с детьми бояр и дружинников. Первая школа «учения книжного» была открыта в Киеве в 988 г., затем в Новгороде в 1030 г. и других городах. 

В народной практике семейного воспитания в России основной акцент делался на послушании как главном элементе почитания Бога. Логика рассуждений обосновывала его следующим образом: муж как глава семьи должен почитать Бога, а жена должна смиряться перед мужем, дети же должны почитать своих родителей. Существовало мнение, что отпадение людей от веры приводит к тому, что муж перестает чтить Бога, жить по Его воле и происходит непослушание жены мужу. И как результат у двух непослушных людей вырастает непослушный ребенок.

Основным педагогическим принципом этого периода являлась репродукция (перенос) образа жизни в систему воспитания, закрепленная в первых литературных памятниках Древней Руси. 

Особенностью воспитательной системы в Древней Руси с приходом христианства стало выполнение данной функции священнослужителями, которая перешла к ним от добропорядочных соседей. Кум при крещении младенца нарекался «крестным» и считался с той поры вторым отцом, почитался и уважался крестником. Перед Богом и людьми он нес ответственность за будущее своего воспитанника, его дела и поступки, а в случае потери родителей — заменял их, брал крестника к себе в дом как родного сына. Но самое основное дело, которое должен был выполнять крестный отец — это неустанно молиться за свое крестное чадо и следить за духовной жизнью и духовной зрелостью его. Можно сделать вывод, что в христианстве заложена профилактика социального сиротства, которое с таким размахом распространяется в обществах, в основе которых отсутствует вера и ответственность перед Богом. 

Христианство, как методология, значительно повлияла на общее распространение знаний и грамотности. Священнослужители, выполняя Божию волю, активно влияли на эти процессы. Так, святой митрополит Киевский Михаил благословлял учителей и давал наставления, как правильно вести обучение. В Новгороде, Смоленске и других городах были организованы школы и училища при кафедрах епископов для обучения детей грамоте. Постепенно в разных городах Руси священники стали обучать грамоте при церквях, школах и училищах детей всех сословий. Со временем не только священники, но и люди нецерковного звания — «мастера грамоты» — начали обучать детей. Мальчики получали образование у священников или «мастеров», женское образование было сосредоточено преимущественно при женских монастырях, которых перед татаро-монгольским нашествием было около 10. Дочь Черниговского князя Михаила Всеволодовича, Ефросинья, открыла при монастыре женское училище, в котором она обучала детей всех сословий грамоте, письму и пению молитв.

Особое место в системе семейного воспитания в Древней Руси отводилась женщине. За женщиной признавали право заботы о детях, воспитания их в благонравии. Женщине полагалось быть образованной, так как она являлась не только хранительницей домашнего очага, но и первой наставницей детей в добрых и праведных поступках.

Дом и его организация. Первоначально жилища представляли собой срубы, которые обычно располагали произвольно. Внутри была одна общая комната, а к ней примыкали пристройки для домашнего скота и птицы, для хранения земледельческого инвентаря, хлеба, сена и пр.. Овины или гумно стояли недалеко от изб.

Стремление минимальными средствами создать максимум удобств  обусловливало лаконизм интерьера, основными элементами которого были печь, неподвижная мебель (лавки, полати), подвижная мебель (стол, скамья) и различные укладки (сундуки, коробья).

Древнерусская печь, вся целиком включенная в помещение избы, являлась и в прямом, и в переносном смысле домашним очагом – источником тепла и уюта.

Судя по простате тогдашних нравов, можно предположить, что избы и хоромы возводились без украшений, строились из дерева. Жилые покои располагались внутри двора и обносились деревянными заборами с решёткой или без решётки с частоколом. Конечно, это делали богатые; а остальные окружали своё жилище плетнём или оставляли открытым. В середине X века появились каменные постройки.

Сельские избы, построенные в те времена, почти не отличались друг от друга: были невысокие, крылись досками и соломой. Горожане строили высокие дома и жили обыкновенно наверху. Нижняя часть дома отводилась тогда для погребов, называвшихся медушами, так как в них хранился мёд, и для кладовых. Дом делился на клети (комнаты). Он разделялся на пополам сенями, называвшимися иногда помостом. На расстоянии от дома строились особые почивальни, или одрины, чьё название показывает, что тут стояли постели, которые служили не только для ночного сна, но и для послеобеденного.

Приёмные в великокняжеских покоях назывались гридницами. В них угощались бояре, гридники, сотники, десятские и все нарочитые люди. На дворе строили вышки и повалуши для голубей (голубницы). Хоромами назывались высокие деревянные дома, а теремами – покои или комнаты, расположенные в верхнем ярусе.

Жилые покои освещались свечами и светильней. В великокняжеских и боярских хоромах горели восковые свечи, потому что воску было в изобилии. Люди скромного достатка жгли обыкновенное масло, наливаемое в круглые глиняные сосуды – каганец или жирник.

Стены комнат ничем не украшались, дубовые столы и лавки имелись только у богатых; они стояли вдоль стен, часто покрывались коврами. В те времена не знали ни стульев, не кресел. Великие князья при приёме послов садились на возвышенном круглом седалище, заменявшем трон; во время обедов – на обыкновенных лавках, застланных тканями – шёлком и бархатом. Украшения комнат обычно составляли изображения святых мучеников и угодников, вставленные в киоты и повешенные в углу. Перед ними теплилась лампада, а в праздники образа освещали ещё восковыми свечами. Под иконами было почётное место; тут же стоял покрытый белой тканью стол.

Гораздо позднее на Руси появились такие типы построек как избы из срубов, мазанки, хаты и каменные постройки.

Нормы приема пищи. Предки наши, живя в патриархальной простоте, довольствовались малым: полусырая пища, мясо, коренья. В XI веке они питались ещё просом, гречихой и молоком; потом научились готовить яства. Для гостей ничего не жалели, проявляя своё радушие изобильными кушаньями.

За столом кипел мёд – древнейший и любимый напиток всех славянских племён. Мёд был первым нашим напитком, и он делался очень крепким. Разведением пчёл тогда не занимались, они сами водились в лесах. Мёды были: вишнёвый, смородиновый, можжевеловый, сборный, малиновый, княжеский, боярский и др.

Наши предки стали заниматься выращиванием зерна, и тогда же начали печь хлеб и делать квас. В X веке это было уже во всеобщем употреблении, и даже обливались квасом в бане.

Пиво называлось прежде «олуй». Оно делалось крепким, имело разные названия и цвет (светлое или тёмное).

В Древней Руси не было недостатка ни в плодах, ни в яствах: рыба, дичь и мясо были в изобилии.

Пиры были тогда в обыкновении, и принято было, что богатые угощали бедных. Сами великие князья потчевали гостей; ели и пили вместе с ними.

Перец попал к нам из Царьграда и Болгарии. Оттуда же мы получали миндаль, кориандр, анис, имбирь, корицу, лавровый лист, гвоздику, кардамон и другие пряности, которые служили приправой к кушаньям.

Муку для выпечки хлебов приготовляли на мельницах или в жерновах в ручную.

Простой народ питался довольно скудно: хлеб, квас, соль, чеснок и лук составляли основную его пищу. Щи, каша и овсяный кисель готовились повсюду. Щи приготовлялись с куском свиного сала или говядины. Они были любимым кушаньем при дворе.

Вкусный хлеб, рыба -  свежая и солёная, яйца, огородные овощи: капуста, огурцы – солёные, на уксусе и свежие, репа, лук и чеснок считались лучшими кушаньями.

Предки наши с самых древних времён не употребляли телятины, зайцев, голубей, раков и мясо тех животных, что были забиты руками женщины, считая их осквернёнными.

Приготовлением пищи занималась домашняя прислуга. Но если женщине требовалось зарезать птицу для стола, а никого из мужчин не было дома, она выходила за ворота с ножом и просила первого прохожего мимо сделать это.

Наши предки строго соблюдали посты: по понедельникам, средам, пятницам и даже субботам. Даже тяжелобольные не смели употреблять мясного.

Выпекание хлебов требовало знаний и опыта, и не ценилась та хозяйка, которая не владела этим умением, ибо считалось: в чьём доме хороший хлеб, в том хорошая хозяйка. Хлебы пшеничные и крупчатые пеклись на сладостях, с разными изображениями.

Пироги пекли с различной начинкой: из яиц, капусты, рыбы, грибов, риса и проч. Пироги сладкие приготовлявшиеся на сахаре, с изюмом, вареньем и пряностями назывались левашниками.

В день ели несколько раз, но обыкновенно завтракали, обедали, полдничали и ужинали. После обильного обеда отдыхали по несколько часов.

Завтракали рано утром, обедали около полудня, полдничали около четырёх или пяти часов, а ужинали после захода солнца. Потом, спустя час, молились Богу и ложились спать.

Ритуалы и обряды семьи.

КРЕЩЕНИЕ. Роды и воспитание детей на Руси издавна были окружены, разнообразными поверьями, обрядами и традициями. Много веков назад, как и сейчас, будущие мамы стремились легко разрешиться от бремени, родители хотели защитить своих детей от сглаза, воспитать их трудолюбивыми и вежливыми, научить грамоте.

Ещё во время беременности женщины учились у повитух старинному наговору, который затем читали своим детям в утробе: «От тебя, мой свет, моя капелька, я сама всяку беду отведу. Будет куполом тебе любовь моя, колыбелькою — все терпение, да молитвою — утешение. Жду тебя, мой свет, как земля зари, как трава росы, как цветы дождя». Звучание этих нежных слов благотворно влияло на ребенка, а у матери создавало правильный настрой перед родами. 

Появление человека на свет всегда считалось великим таинством, к которому женщина начинала готовиться задолго до самого события. Уже на свадьбе принято было желать молодым: «Дай вам Бог, Иван Иванович, богатеть, а вам, Марья Петровна, спереди горбатеть». Повивальные бабки, владевшие акушерским искусством, на Руси пользовались особым почетом. Далеко не каждая женщина могла стать повитухой, например, запрещалось это тем, чьи собственные дети страдали какой-нибудь болезнью. И, конечно, большое внимание уделяли чистоте помыслов повивальной бабки, ведь от нее напрямую зависели жизни и роженицы, и нового человека. 

Как только у женщины начинались схватки, повитуха уводила ее подальше от жилья (часто роды происходили в бане). Считалось, что надо опасаться «лихих людей» или «дурного глаза», которые могут навредить новорожденному. Поэтому присутствие кого бы то ни было, даже самых близких членов семьи, во время родов запрещалось. Отцу ребенка предписывалось усердно молиться перед иконой и соблюдать пост.

День крещения выбирался произвольно. Если дитя было слабое или ему угрожала скорая смерть, то его немедленно крестили.

В древние времена именовали при рождении именем того святого, который приходился на восьмой день после рождения. Наши предки имели по два имени, одно давалось при рождении, другое (тайное) при крещении.

Обыкновение иметь крёстных родителей существует в христианской Церкви издревле. Крещение было погружательным. Священник читает заклинательные молитвы. Затем следует отречение оглашенного, или в случае его малолетства, его крёстным, от сатаны. Причём они, говоря «отрицаюся», дуют и плюют три раза, обратясь назад; а после, обратясь на восток, уверяют в единении с Христом и читают «Символ веры». Потом иерей, помазав елеем, трижды погружает оглашенного в тепловатую, как бы летнюю воду, читает молитву и надевает на крещённого белую одежду и крест.

При одевании белой одежды, поётся тропарь. После крещения следует миропомазание, миром помазуется чело, очи, ноздри, уста, уши, грудь, руки и подошвы ног.

Потом священник, трижды обойдя с крещаемым и его крёстными вокруг купели, прочитав Евангелие и омыв члены тела, помазанные миром, остригает волосы крестообразно при чтении молитвы; залепив их в воск, отдаёт крёстному, который бросает их  в купель, воду затем выливают в непопираемое ногами место.

При крещении младенца восприемница (крёстная) снабжает его рубашечкой и головным убором, а восприемник – крестом; каждый из них одаривает родильницу и дитя щедрым подарком, который называется «на зубок»: материей, деньгами, кто чем может.

Родители крещаемого не присутствуют при крещении своего ребёнка. После крещения священник поручает крёстным родителям заботиться о наставлении крестника или крестницы в православной вере и во всём, что нужно христианину.

Помимо свадеб и крестин, в Древней Руси было множество обрядов и празднеств, как православных, так и языческих: именины, красная горка, радоница, ярило, пасха, русальная неделя, троицын день, святки, масленица и многие другие. Каждый праздник имел определённый алгоритм провидения и отмечался с особым  размахом.

Литература

  1. «Археология. Древняя Русь. Быт и культура» под ред. Б. А. Рыбакова. М. – 1997 г.
  2. Беловинский Л. В. «История русской материальной культуры», М. – 2008 г.
  3. Овсянников Ю. М. «Картины русского быта», М. – 2000 г.
  4. Рабинович М. Г. «Очерки материальной культуры русского феодального города», М. – 1990 г.
  5. Семёнова М. «Быт и верования древних славян», СПб. – 2001 г.
  6. Терещенко А. В. «История культуры русского народа». М. -  2007 г.